Личность

Это трудное счастье – оставаться собой

Элла Цой, Цой, продюсер, Мой Казахстан, Евгения Ли, Багдат Сулейменов, Гульмира Жандыбаева, Аида Пахирдин, Алия Кожагельдинова, Элла Цой, Женис Мендигожин, Ella Tsoi, Choi, producer, My Kazakhstan, Evgenia Li, Bagdat Suleimenov, Gulmira Zhandybaeva, Aida Pakhirdin, Aliya Kozhageldinova, Ella Tsoy, Zhenis Mendigozhin
Евгения Ли, Багдат Сулейменов, Гульмира Жандыбаева, Аида Пахирдин, Алия Кожагельдинова, Элла Цой, Женис Мендигожин (слева направо)
Элла Цой, Цой, продюсер, Мой Казахстан, Элла Андреевна Цой, Ella Tsoi, Choi, producer, My Kazakhstan, Ella Andreevna Tsoi,О моем детстве

Мне было где-то 3-4 года, но в памяти четко встает картина: я на плечах у отца (это была, наверное, первомайская демонстрация, так как я была в черном шелковом платье и с огромным бантом на голове), и вокруг, насколько хватало глаз, море ликующих людей и все вокруг красное (флаги, транспаранты). Это первое, что я вспоминаю о своем детстве.

Второе воспоминание, ясно отпечатавшееся в детской памяти, это то, как я плакала, сидя над букварем, глядя на портрет Сталина, и думала: «Как же мы будем жить без него?!».

Когда я пошла в 1-й класс, то не знала русского языка, потому что мы с мамой и двумя братьями жили очень замкнуто. Нас мама не пускала на улицу, так как тут же сбегались дети, которые, как известно, самые жестокие (я родилась и жила 18 лет в городе Талды-Курган на хуторе, где проживали в основном семиреченские казаки). В нас летели камни и крики: «Японские шпионы!!!».

Когда меня привели в школу, я была там изгоем: не умела говорить по-русски, хуже всех одета, скованная… Спасибо моей первой учительнице Гуриненко Софье Игнатьевне, она отнеслась ко мне по-матерински, жалела, и часто на перемене подкармливала хлебом. Кстати, она и сама говорила по-русски очень плохо, ее семья во время войны была эвакуирована в Казахстан с Украины, из города Винницы.

К концу учебного года я уже сносно говорила по-русски, но на украинском лучше. Говорят, что у меня до сих пор проскальзывает украинский говор. Моя учительница и привила мне любовь к украинским песням, культуре, истории этого народа. Я и сейчас люблю петь украинские песни, они мне всегда близки, особенно «Рiдна маты моя», «Реве тай стогне Днипр широкий» и другие. Я их пою на украинском языке. Как жаль, что Софьи Игнатьевны уже давно нет среди нас…

Как сейчас помню, собираясь в школу, в одной руке я держала портфель (сшитый мамой из какого-то коричневого материала), а в другой у меня были камень или палка, потому что по дороге до школы (а идти было примерно 1,5 км) обязательно кто-нибудь задевал меня, и мне приходилось отчаянно защищаться. Но где-то в 12-13 лет я уже могла за себя постоять. Все мое детство и юность проходили в постоянных драках с мальчишками. И как бы тяжело не было, но я своего добилась: в 14 лет меня признали, как сейчас говорят, лидером, а тогда меня называли «бандершей». Но чего мне это стоило?!

Ночами, когда домашние уже спали, я выходила потихоньку на улицу и тренировалась: кидала ножи, висела на деревьях, залазила как можно выше и особенно старалась выбивать больше всего «люры» — это игра такая тогда была, очень распространенная, в «лянгу», а выбивать «люры» было самое трудное.

О моей семье

Элла Цой, Цой, продюсер, Мой Казахстан, Элла Андреевна Цой, Ella Tsoi, Choi, producer, My Kazakhstan, Ella Andreevna Tsoi,Хочу особо сказать о моей матери, которая ушла от нас еще в 1991 г. в возрасте 65 лет. Сейчас, когда мне самой уже больше лет, чем ей было тогда, и оглядываясь на прожитую жизнь, я не могу не восхищаться и не преклоняться перед этой великой женщиной — моей незабвенной мамой! Я даже мысленно не могу представить себя на ее месте. Подумать только: молодая женщина, всего-то 27 лет от роду, с тремя детьми (старшей 5 лет, а младшему 10 месяцев) и свекровью на руках, в чужом краю и… никто из них не знает русского языка! Отец тогда не по своей воле покинул семью на целых 12 лет. Это были те тяжелые послевоенные годы, когда трудно было выживать всем.

Я до сих пор не могу понять, как она сумела нас всех вырастить, дать образование и привить чувство сострадания и доброты к людям. Ее нет с нами уже 25 лет, и я постоянно думаю о том, что, работая на телевидении, не сделала ни одного кадра о ней, да и фотографий практически нет. Никогда не прощу себе этого.

Я все время пыталась вспомнить маму спящей… и не смогла. Я никогда ее не видела спящей или просто отдыхающей. Днем она работала в огороде (30 соток нескончаемых грядок), ночью сидела за швейной машинкой. Перед глазами четко встают картины детства: вот соседи заводят ее домой под руки, потому что мама в очередной раз упала на дороге в голодный обморок. Мне тогда казалось, что она больше не придет в себя, и каждый раз я умирала от страха потерять самого родного человека. Работники горисполкома неоднократно предлагали ей сдать нас, детей, в детский дом или интернат, но она говорила: «Если умирать, то вместе!».

Еще помню, как однажды весной нас вместе с мамой завалило старой времянкой, в которой мы жили. Каким-то чудом мы остались живы, нас откопали соседи, а потом они помогли построить новую времянку, в которой я и прожила до 14 лет. И все-таки она смогла дать нам образование и, как говорят, «вывела в люди». Это была настоящая героиня, которая, не осознавая свой подвиг, вершила его ежедневно.

Мама всегда была и остается для меня примером во всем. За всю свою жизнь я не встретила человека порядочнее, добрее, честнее. Она была настоящим борцом за справедливость. Я пишу эти строки о своей маме, чтобы мои внуки и правнуки знали, что если в них есть хорошее, то это от их прабабушки — Дюгай Ден-Ен.

Мой средний брат — Цой Эри — в настоящее время вышел на пенсию, а всю свою сознательную жизнь, с 18 лет, был моряком, пройдя весь путь от юнги до капитана дальнего плавания. Последние 15 лет до выхода на заслуженный отдых он был капитаном-директором Дальневосточного пароходства. Сейчас живет на Сахалине.

К сожалению, мой второй брат Вячеслав ушел от нас слишком рано. У него была трудная и несчастливая судьба — в 18 лет он попал в аварию, остался без правой руки и, не дожив до 40 лет, умер от инфаркта. Такова краткая история моей семьи.

Вспоминая прошедшие годы, иногда удивляешься самой себе: вся жизнь — борьба за выживание, за место под солнцем. Только 22 июня 1998 года Медеуский суд реабилитировал меня, признав, что я вместе с родителями была на специальном учете в условиях спецпоселения и снята с учета только в 1956 году и все, что я имею на сегодня, и кому я обязана в этой жизни — это моей маме Дюгай Ден Ен (при жизни ее называли тетей Нюрой).

Но, несмотря на все трудности, я могу честно и прямо смотреть людям в глаза. Мне не стыдно ни за один свой поступок, я никогда в жизни не желала чужого, всегда готова была поделиться последним куском хлеба с любым, кто в этом нуждался, спешила всегда на помощь, если в этом была необходимость.

И еще. О моем характере. Я считаю, что мой самый большой недостаток — это несдержанность. Не могу промолчать, если с чем-то не согласна, хотя потом и жалею. Из-за такого характера мне часто в жизни приходилось получать шишки. Ну что делать? Это мамины гены. «Чтоб тебя на Земле не теряли — постарайся себя не терять»!

У меня двое детей — дочь Наталия и сын Александр. Своей дочерью я горжусь, она у меня большая умница, имеет 2 высших образования, является магистром международной журналистики, пошла по моим стопам. По характеру — полная моя противоположность, уравновешенная, спокойная, по-моему, слишком добрая и доверчивая для нашего времени, поэтому ей порой приходится трудно, особенно когда сталкивается с человеческой непорядочностью.

Сын, наоборот, во многом похож на меня, такой же несдержанный в своих чувствах, резкий в отношениях с людьми, если чувствует, что человек кривит душой. Но такой же, как и его старшая сестра, добрый, готов снять с себя последнюю рубашку ради блага ближнего. С самого детства он боролся с любой, даже маленькой, несправедливостью, за что неоднократно получал серьезные травмы, но такие последствия его не останавливали.

Мой единственный внук, тоже Александр, учится в университете. Без ложной скромности скажу, что это красивый одаренный мальчик с уже сложившимся характером и собственной жизненной философией. Нетрудно предсказать, каким он будет человеком, каких высот добьется, ведь уже сегодня я горжусь тем, каким воспитанным, уважительным и любящим сыном и внуком он вырос. И надеюсь, что тот фундамент, который мы в нем заложили, станет залогом успеха в будущем. Я очень хочу, чтобы у него все сложилось, а мои желания обычно исполняются.

О моей работе
Элла Цой, Цой, продюсер, Мой Казахстан, Татьяна Темникова, Екатерина Петроченко, Гульмира Жандыбаева, Элла Андреевна Цой, Евгений Загороднев, Аида Пахирдин, Алия Кожагельдинова, Алмас Дуисмаганбетов, Ella Tsoi, Choi, producer, My Kazakhstan, Tatyana Temnikova, Ekaterina Petrochenko, Gulmira Zhandybaeva, Ella Andreevna Tsoi, Yevgeny Zagorodnev, Aida Pakhirdin, Aliya Kozhageldinova, Almas Duismaganbetov
Творческая группа программы «Менің Қазақстаным» (слева направо): Татьяна Темникова, Екатерина Петроченко, Гульмира Жандыбаева, Элла Андреевна Цой, Евгений Загороднев, Аида Пахирдин, Алия Кожагельдинова, Алмас Дуисмаганбетов

Наверное, трудное и голодное детство научило меня добиваться в жизни всего только своими руками и трудом. Я никогда не стремилась быть впереди других, а получалось как-то само собой, начиная с 6 класса, что меня избирали председателем отряда, потом секретарем комсомольской организации и так далее.

Мне пророчили быть учительницей немецкого языка (я лучше всех в школе знала немецкий язык) или журналисткой. Но жизнь так повернулась, что я стала строителем! Самая большая моя гордость — это строительство катка «Медео» с нуля, а также спасение его от селя. За эту работу меня удостоили тогда Почетной грамоты Верховного Совета КазССР.

Там я познакомилась с Динмухамедом Ахмедовичем Кунаевым. Об этом человеке нельзя говорить обыденным языком. Я вспоминаю, как он приезжал каждый день на плотину, как переживал за город и сам ужасно рисковал своей жизнью, потому что в любой момент плотина могла не выдержать и там ничего и никого бы не осталось. Он загорел в те дни, а на носу у него была прилеплена бумага, так как нос сильно обгорел. Он со мной иногда шутил: «Держись, комсомолка, все будет хорошо!».

Мои комсомольцы (я тогда была секретарем комитета комсомола ДСУ-1 Министерства автомобильных дорог) за успешный труд были занесены в «Золотую книгу почета» г. Алматы, а бригадир стал Героем Социалистического труда. И, может быть, я бы до сегодняшнего дня строила дома, разрабатывала всякие дизайны, но так получилось, что Калининский райком партии направил меня на телевидение для поднятия комсомольско-молодежной работы. Я тогда была уже коммунистка с 6-летним стажем, членом райкома партии, и хотя я вначале всячески отказывалась (в то время телевидение было чем-то недосягаемым для простых людей), но… как тогда говорили: «Партия велела — комсомол ответил «Есть!».

Элла Цой, Цой, продюсер, Мой Казахстан, Руслан Абильдаев, Гульмира Жандыбаева, Екатерина Петроченко, Элла Цой, Аида Пахирдин, Алия Кожагельдинова, Евгений Загороднев, Ella Tsoi, Choi, producer, My Kazakhstan, Ruslan Abildaev, Gulmira Zhandybaeva, Ekaterina Petrochenko, Ella Tsoy, Aida Pakhirdin, Aliya Kozhageldinova, Yevgeny Zagorodnev
Руслан Абильдаев, Гульмира Жандыбаева, Екатерина Петроченко, Элла Цой, Аида Пахирдин, Алия Кожагельдинова, Евгений Загороднев (слева направо)

Так в мае 1978 года я пришла на Казахское телевидение. Первыми меня встретили главный режиссер Голосков Евгений Степанович и директор Фидель Изя Эйнехович. Они спросили: «На какую должность вы хотите?». Я ответила: «А какая дает возможность узнать работу TV от „А“ до „Я“?». Мне сказали, что администратор, но, к сожалению, это самая низкооплачиваемая должность. Однако я настояла на своем. И вот с тех пор я прошла всю телевизионную науку.

Я всегда гордилась нашим отечественным телевидением, ведь мы были вторыми в СССР после Москвы. Помню слова Юрия Николаева и Ангелины Вовк, они говорили, что если намечалась командировка в Алма-Ату, то от желающих не было отбоя. Я горжусь тем, что работала с такими людьми, как Ашимбаев Сагат Ашимбаевич, Крылов Юрий Михайлович, Шалахметов Гадильбек Минажевич и другие. К этим людям, несмотря на их высокие должности, в любое время был открыт доступ, и мы всегда чувствовали их поддержку во всех наших начинаниях.

Достаточно сказать, что такие передачи, как «Тамаша», «Азия Дауысы», «Лучшие песни года», первые телемосты и многие другие и сейчас являются лучшими программами в истории телевидения. И мне очень приятно сознавать, что я вместе с Есеновым Лукпаном, Пономаревым Александром и многими другими стояла у истоков этих программ. Особо хочу сказать об Ашимбаеве Сагате Ашимбаевиче, который был, можно сказать, крестным отцом знаменитых телепрограмм. Он помог организовать «Корейскую редакцию» и сам лично ездил в Корею. Мы всегда ощущали мощную поддержку с его стороны. Даже находясь в больнице, он живо интересовался нашими делами, и мы ходили к нему прямо в палату, чтобы обсудить насущные вопросы. Как жаль, что человечество духовно беднеет и некоторые нынешние руководители бывают так далеки от проблем своих подчиненных…

4 февраля 1991 года вышла первая программа о корейцах и вот уже на протяжении 25 лет на национальном телеканале «Казахстан» идут программы о жизни не только корейской диаспоры, но и других этносов. За эти годы не раз менялось название программы, время в программной сетке, редакции национальных программ то распускались, то вновь создавались. Приходили и уходили сотрудники, менялось руководство канала, а вместе с ним и отношение к редакции, к содержанию телепередач. Неизменным оставалось одно — моя личная твердая убежденность в том, что такая программа жизненно необходима стране, потому что она формирует высокое чувство казахстанского патриотизма, объединяет нас в одну большую семью, живущую общими интересами и чаяниями. Только надо внимательнее прислушиваться к мнению творческих людей и уважать их мнение. Порой мне кажется, что мир меняется не в лучшую сторону… За всю свою жизнь я так и не научилась зарабатывать. Потому что телевидение — место, где надо работать над формированием прекрасных человеческих качеств в каждом зрителе, а не зарабатывать дешевые рейтинги и бешеные деньги от рекламы.

Dostyk Magazine

Республиканский журнал

Комментировать

Щелкните здесь для публикации комментария